Язык народа моего
Nov. 30th, 2009 10:52 amС мини-прозы. 9-е место :)
Мне ни разу не пришло в голову спросить его имя. Про себя я называл его Седым - волосы и брови действительно были белоснежными, как у глубокого старика, хотя выглядел он немногим старше меня. Это врожденное, сказал как-то он, и теперь я ему верю, а тогда мне было наплевать.
Впервые я увидел его в горной деревушке, куда нас отправили производить впечатление на местных - ни во что особо не лезть, просто побродить вокруг на случай, если кого-нибудь из крестьян вдруг одолеет тоска по свободе и он решит притвориться, будто дедовская коса - это военная сабля. Напрасная тревога - местные жители тосковали молча и смирно, словно овцы за пару дней до превращения в колбасу. В деревне было всего семей двадцать, от силы - двадцать пять, крохотные домики, каменистые поля, засаженые нелепыми местными злаками. Женщин здесь на улице видно не было совсем, да и мужчины старались лишний раз не попадаться на глаза. Старейшина поселил меня в своей лачуге, более просторной и менее загаженой, чем прочие, а сам с домочадцами перебрался на время в дом дочери. Когда они, кланяясь и часто извиняясь, спешно собирали необходимое, я заметил высокого седого мужчину, который, единственный из всего семейства, не спешил и не суетился. Повесив на плечо дорожный мешок, он стоял, прислонившись к притолоке, и спокойно наблюдал за прочим семейством. Я глянул ему в лицо и понял, что он вовсе не старик, да и вряд ли из местных.
( Read more... )
Мне ни разу не пришло в голову спросить его имя. Про себя я называл его Седым - волосы и брови действительно были белоснежными, как у глубокого старика, хотя выглядел он немногим старше меня. Это врожденное, сказал как-то он, и теперь я ему верю, а тогда мне было наплевать.
Впервые я увидел его в горной деревушке, куда нас отправили производить впечатление на местных - ни во что особо не лезть, просто побродить вокруг на случай, если кого-нибудь из крестьян вдруг одолеет тоска по свободе и он решит притвориться, будто дедовская коса - это военная сабля. Напрасная тревога - местные жители тосковали молча и смирно, словно овцы за пару дней до превращения в колбасу. В деревне было всего семей двадцать, от силы - двадцать пять, крохотные домики, каменистые поля, засаженые нелепыми местными злаками. Женщин здесь на улице видно не было совсем, да и мужчины старались лишний раз не попадаться на глаза. Старейшина поселил меня в своей лачуге, более просторной и менее загаженой, чем прочие, а сам с домочадцами перебрался на время в дом дочери. Когда они, кланяясь и часто извиняясь, спешно собирали необходимое, я заметил высокого седого мужчину, который, единственный из всего семейства, не спешил и не суетился. Повесив на плечо дорожный мешок, он стоял, прислонившись к притолоке, и спокойно наблюдал за прочим семейством. Я глянул ему в лицо и понял, что он вовсе не старик, да и вряд ли из местных.
( Read more... )