Шоколад и горелая овсянка
Apr. 23rd, 2008 10:21 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jgofri Когда автобус едет на восток по улице Грэнд, то, сразу за мостом через реку, в него проникают два запаха. Горячего шоколада и горелой овсянки. Так было прошлой весной и осенью, и этой весной те же запахи заставляют меня улыбнуться.
Рассуждая логически, я понимаю, что где-то там наверняка небольшое кафе. Но иногда мне не хочется рассуждать логически. Иногда мне хочется пофантазировать.
В одном из высоких домов, что стоят над самой рекой, в квартире с балконом, выходящим как раз на Грэнд, молодая женщина в домашнем платье ставит на плиту молоко и добавляет в него какао. Пока молоко греется, она быстро накрывает на столе в небольшой столовой все, что нужно для завтрака: гренки, масло, джем. Её тонкие руки двигаются легко и красиво, без единого лишнего движения. Сама хозяйка - тоненькая, высокая брюнетка, её прямые волосы длиной чуть ниже плеч сейчас небрежно убраны в хвост на затылке. Горячий шоколад снят с плиты, готов и кофе. Муж, дети садятся за стол, она устраивается рядом, мажет масло на гренку для младшего. Муж просматривает газету, дети галдят и то и дело вскакивают с мест. Наконец, завтрак окончен, муж уходит на работу, забрав с собой детей, чтобы по дороге забросить их в школу. Женщина наливает себе чашку какао и выходит на балкон, улыбаясь солнцу. Она счастлива своей жизнью, полной приянтых ей забот.
Рассуждая логически, я понимаю, что где-то там наверняка небольшое кафе. Но иногда мне не хочется рассуждать логически. Иногда мне хочется пофантазировать.
В одном из высоких домов, что стоят над самой рекой, в квартире с балконом, выходящим как раз на Грэнд, молодая женщина в домашнем платье ставит на плиту молоко и добавляет в него какао. Пока молоко греется, она быстро накрывает на столе в небольшой столовой все, что нужно для завтрака: гренки, масло, джем. Её тонкие руки двигаются легко и красиво, без единого лишнего движения. Сама хозяйка - тоненькая, высокая брюнетка, её прямые волосы длиной чуть ниже плеч сейчас небрежно убраны в хвост на затылке. Горячий шоколад снят с плиты, готов и кофе. Муж, дети садятся за стол, она устраивается рядом, мажет масло на гренку для младшего. Муж просматривает газету, дети галдят и то и дело вскакивают с мест. Наконец, завтрак окончен, муж уходит на работу, забрав с собой детей, чтобы по дороге забросить их в школу. Женщина наливает себе чашку какао и выходит на балкон, улыбаясь солнцу. Она счастлива своей жизнью, полной приянтых ей забот.
Впрочем, возможно, все и не так. Возможно, она просыпается утром одна, торопливо принимает душ, одевает строгий костюм и укладывает волосы в консервативную прическу. За пятнадцать минут до выхода, однако, она подходит к плите и варит себе шоколад. Именно варит, а не быстренько нагревает готовое шоколадное молоко в микроволновке. И по мере того, как молоко греется, из её движений пропадает суетливость, хотя и не быстрота. Она наливает шоколад в чашку и выходит на балкон, улыбаясь - да, да - солнцу. Она празднует свою свободу.
Иногда второй вариант мне нравится даже больше. Потому что этажом ниже, наискосок, живет мужчина, который каждое утро сам себе варит овсянку. И каждое утро она пригорает, но он продолжает варить именно овсянку, именно по утрам, именно на молоке - надеясь, что однажды все получится, как надо.
Иногда второй вариант мне нравится даже больше. Потому что этажом ниже, наискосок, живет мужчина, который каждое утро сам себе варит овсянку. И каждое утро она пригорает, но он продолжает варить именно овсянку, именно по утрам, именно на молоке - надеясь, что однажды все получится, как надо.
